Дариссима (daryssimo) wrote,
Дариссима
daryssimo

Гюго и Робеспьер, или как испортить жизнь мужчине (продолжение романа в письмах)

начало тут
(все письма можно прочитать, пройдя по тэгу "роман в письмах")

Письмо 8. Главней всего погода в доме.
30 ноября 2013 г., суббота


Ты будешь смеяться, но я опять удалила все твои телефоны и историю сообщений, чтобы не было соблазна отправлять тебе одну за другой СМС-ки. А на бумаге у меня нигде твои контакты не записаны, дабы избежать искушения. Но поговорить с тобой ужасно хочется, поэтому я опять пишу тебе письмо.

У меня заболел Святик. Вчера в школе отмечали День матери, и он то ли перенервничал, то ли продуло его, то ли переел сладостей. В общем, вчера вечером его один раз вырвало, а к полуночи поднялась температура. Всю ночь я постоянно просыпалась и слушала его дыхание, щупала ему лоб. К рассвету он пропотел и температура спала. Встала я утром совсем разбитая. Больничный мне брать нельзя, следующая неделя очень ответственная на работе, поэтому в понедельник к 8-ми утра ко мне придёт няня. Сейчас, к обеду, мой кадет опять горячий. Лежит под одеялом, читает книжку про муми-троллей. Я сфотографировала его, хотела отправить тебе MMS, а потом вспомнила, что некуда отправлять, номер стёрт, а наизусть я специально не заучиваю.

На обед я приготовила спагетти с фаршем и заварила очень вкусный цейлонский чёрный чай с экзотическим фруктом Соу-Сэп. Его еще называют "сметанное яблоко". Такой тропический, приятный вкус. Думаю, тебе бы понравилось. А Свят пьёт только чай из ромашки. Обожает его, хотя мне кажется, что дети не очень любят такие отвары. Мне бы, конечно, надо ещё убраться, пропылесосить свои 37 квадратных метров, вымыть полы. Но мне так лень, я так устала. Вся моя квартира в конструкторах, пакеты с игрушками стоят на полу. Я равнодушна к ремонтам, обновлениям квартиры, покупке мебели. На кухне отсутствует часть старого линолеума, паркет в комнате частично отодран – некоторых дощечек уже нет. Всё в книгах и игрушках. Окна я в этом августе впервые помыла за три года. Когда Свят уезжает на лето, я мою полы только перед его приездом, а в раковине может неделю стоять грязная чашка. Я и по магазинам ненавижу ходить. Я покупаю одежду так: захожу в магазин, вижу первую приглянувшуюся вещь у входа, тут же меряю её и покупаю. Вылетаю оттуда пулей. Во мне нет никакой женской хозяйственности. Когда я слушаю тебя, как ты рассказываешь про все свои ремонтные подвиги, про то, как ты убираешься и в резиновых перчатках отмываешь унитаз, моё сердце от восторга замирает. А ещё меня покорило, когда ты рассказал, что перед выходом из дома мажешь нос оксолиновой мазью, чтобы не простыть. Я всё время про это вспоминаю и улыбаюсь.

Мы с тобой, в основном, шутим. Серьёзно нам поговорить не удаётся. Но мне кажется, что мы на этой неделе какую-то черту с тобой перешагнули. Мы больше не чужие люди. Как там звучала последняя фраза классического голливудского фильма «Касабланка»? – «Может быть, это начало большой дружбы…». Ты принял меня, хотя мог бы быть очень раздражительным после этой атаки из писем, звонков и СМС-ок, которую я тебе в последние недели устроила. А я начала принимать тебя, подстраиваясь под твой «график» нашего общения. Мне хочется всё и сразу, я вся скоростная, как японский экспресс, а тебе нужно время.

И ты, конечно, в очередной раз удивил меня на этой неделе. В тот самый момент, когда я уже начала смиряться, что всё кончено, что тебе со мной неинтересно и совсем ко мне не тянет, и целых три с половиной дня ничего тебе не писала, не звонила и никак не доставала (ценой невероятного усилия воли), ты вдруг во вторник пришел сам, соскучившись, и в среду пришел, позвал на обед. И даже в четверг. И звонил, и отвечал на СМС-ки. Ты шутил, был галантен и обаятелен. А в пятницу ты уже за мной не зашел. Видимо, решил побыть один. Погода на нашей параллели опять изменилась. Ты даёшь мне ровно столько внимания, сколько считаешь нужным. Ты всё решаешь сам. Просто будь самим собой. Делай так, как тебе удобно. Я соглашаюсь и уступаю. Где-то я прочитала, что когда очень-очень любишь кого-то, надо его от себя отпустить. И если он вернётся к тебе назад, то это и есть настоящая любовь. Я тебя честно отпустила (хотя, может, ты этого даже не понял и теперь кусаешь локти, что не воспользовался моментом, чтобы сбежать), а ты сам пришел назад.

Ты спросил меня в среду за обедом: «Может, мне не приходить? Ты не хочешь?». А я вот что хочу тебя спросить в ответ: а ты сможешь? Ты бы смог это всё остановить? Ты осознаёшь, что нам очень хорошо вдвоём? Раньше, когда я ещё не умела тебя принимать (я тебя до сих пор не понимаю, но научилась принимать твои настроения), я думала, что это только мне так хорошо с тобой. А теперь я увидела, что и тебя ко мне очень тянет, и ты по мне скучаешь. И уже никакой другой женщины нет, если она и была. Но мне страшно и дальше об этом думать, а то я могу совсем размечтаться и опять увлечь себя в придуманный мною мир.

Помнишь, я в первом письме описывала тебе мои ощущения, как я себя сейчас воспринимаю? Тогда я рассказывала тебе о пустыне из белого песка в сумерках. Сейчас я чувствую себя морем. С очень тёплой водой. Бирюзовой, с барашками пены на волнах, спокойной. Солнце светит, и его лучи достают почти до дна. И в этом море плывёшь ты в виде айсберга. И я растапливаю твой лёд кусок за кусочком. Потому что ты состоишь из той же воды, что и я. Просто её заморозили.

Я не знаю, что там будет дальше. Я не строю планы. Я живу сегодняшним днём. И сейчас мне очень хорошо. Теперь я знаю, что есть ты, и ты где-то ходишь, дышишь, штробишь стены и читаешь мои сообщения. И в моём сердце заполнилась пустующая часть. Каждый вечер, засыпая, я желаю тебе спокойной ночи и обнимаю тебя. А утром, просыпаясь, я вижу в своих мыслях твои глаза. И в их голубом сиянии пляшут твои тараканы.

Я люблю тебя.

Гюго

Читать письмо № 9
Tags: личное, роман в письмах
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments