Дариссима (daryssimo) wrote,
Дариссима
daryssimo

Прерванное падение

Хочу рассказать историю моей трагической безответной любви, а также моей непроходимой глупости и наивности. Весной 2009 года я устроилась работать в одну крупную фармацевтическую фирму бухгалтером. На работу меня принимал лично генеральный директор – роскошный лысый альфа-самец, в прошлом боксёр, невероятно остроумный и образованный мужчина 35 лет. Естественно, женатый, с тремя детьми. При первой встрече у меня ничего нигде не ёкнуло, а позже, узнав о его семейном положении – и не могло ничего ёкнуть. У меня ведь стоит крепкий блок на женатых мужчин. Я о них даже думать не смею.

Я стала работать в бухгалтерии под руководством настоящей акулы и стервы, которая требовала полной отдачи в работе. А у меня маленький ребёнок – уходить с работы надо в 18:00, да и на больничном, бывает, надо посидеть. В общем, не сработались мы. Отговорка у неё была такая: «Ты, Даша, как бухгалтер – пустое место, тупая. Из тебя бы вышла отличная секретарша». В общем, проработала я с этой красавицей 8 месяцев и под Новый, 2010 год, пошла к Генеральному увольняться. А он меня отпускать не хочет. Говорит, мол, «не можешь сработаться с Анькой, иди ко мне личным помощником. Отпустить я тебя не могу. И у тебя ребёнок маленький – куда ты пойдёшь? Ты о нём подумала?». И так он правильно и красиво всё сформулировал, так дал мне понять, что полностью меня понимает и принимает, что не смогла я устоять – осталась. И тщеславие взяло верх – как же, сам Генеральный меня уговаривает! Кроме того, за эти несколько месяцев, что я проработала, мой Генеральный через общих знакомых очень подружился с моим старшим братом, тоже предпринимателем, они стали вместе ездить на охоту. Может, ещё поэтому Соколов проявил ко мне теплоту – я же родная сестра его хорошего друга.

Начался 2010 год. Я очень хорошо работала, с Соколовым у нас было полное взаимопонимание. И, что ещё очень важно, мы с ним очень удачно совпали по чувству юмора. Оно у меня довольно своеобразное и саркастичное, но он меня отлично понимал и шутил в ответ. И, вообще, он меня очень хорошо понимал. И всегда шел на встречу, поддерживал все мои идеи по работе и проекты. Люди на работе это заметили стали даже подходить ко мне с разными просьбами, когда не могли решить вопрос лично с Соколовым. Я не злоупотребляла этим и частенько разруливала проблемы сама.

Летом «неожиданно» со мной вдруг стала дружить финансовый директор нашей конторы. Я, по наивности, не придала этому значения. Я ведь очень общительный и открытый человек, и у меня немало друзей среди богатых и влиятельных людей. Всё началось с того, что в начале лета 2010 года она попросила меня позаниматься с ней немецким языком. Мол, у неё молодой человек в Германии, хоть он и русский, но она всё равно хочет поднатаскать иностранный язык. В общем, прозанимались мы с ней от силы два занятия, а потом у нас закрутилась дружба буквально взасос. Соня была старше меня на шесть лет, зрелая женщина, выглядящая намного моложе своих лет. Она была миниатюрная, маленького роста, блондиночка с голубыми глазами, такая очень стильно одетая Дюймовочка. При этом пила она как сапожник и курила как паровоз сигареты с метолом. Мы всё лето 2010 года промотались с ней по ночным клубам, пили из горла мартини в парке после работы. У неё не было водительских прав, и я её постоянно возила на шоппинг по магазинам дорогой одежды. В общем, мы так душевно тусили, мне так было с ней хорошо – что я летела на небесах от счастья, что у меня неожиданно появилась такая чудесная подруга. Мы даже в августе на несколько дней съездили в паломническую поездку в Дивеево к Серафиму Саровскому, потому что Соня оказалась внезапно ещё и очень духовной и религиозной, разделяющей мои верования в высшие силы и парапсихологию. Короче, это было невероятно счастливое лето для меня. Кстати, всю обратную дорогу из Дивеево, из святых мест, Сонечку нещадно рвало, хотя мы ели и пили с ней одно и то же. Сейчас я думаю, что это был свыше для меня такой «звоночек», который я пропустила. Соня была разведена, у неё от первого брака осталась дочь на год постарше моего Святика. Но о детях мы почти не говорили, один раз только я настояла их познакомить и отвезла всех вместе на диснеевский мультфильм в кино. Соня бредила путешествиями в Европу, она обожала туда летать на самолёте на выходные. В основном мы сплетничали. Причём, Соня никогда мне не рассказывала никаких тайн о своём руководстве, а тщательно выспрашивала меня все подробности личной жизни простых сотрудников. Я, уверенная, что Соня – это просто могила, по бабской традиции всё ей разбалтывала. Также она очень интересовалась Соколовым. А я, наивная, и сама тогда не осознавая, уже по уши влюблённая в него, с восторгом рассказывала ей, какой же он замечательный и душевный человек. Я не подозревала, что она может задумать увести его от жены и трёх детей. Она же была просто ангелом, такая высокодуховная, соблюдала православные посты, говорила о морали. Я просто боготворила её.

На новогоднем корпоративе случился казус. Соколов вдруг немного выпил многолетнего виски и неожиданно очень галантно и с куражом начал ухаживать за мной. Как выяснилось через полгода, Соня и Соколов к тому времени уже успели переспать, и, видимо, он решил в шутку позлить её, заставить ревновать, ухаживая за её «лучшей подругой». Может, хотел показать ей, что женской дружбы не бывает. Хотя я же не подозревала, что они уже встречаются. Я была просто в шоке и от его поведения, и от слов, которые он мне тогда наговорил. Но при всём при этом – это был один из самых счастливых вечеров в моей жизни, потому что ни один мужчина уже много лет и так искромётно не вёл себя со мной. Я понимала, что у него семья, что он женат, но ужасным образом на эти несколько часов счастья всё моё самосознание полностью отключилось. Сразу оговорюсь, что мы с Соколовым никогда не занимались сексом, мы даже не целовались ни разу. Ну, один раз на брудершафт я его очень целомудренно чмокнула, и всё.

Расскажу подробнее про тот вечер. Понятно, что коллектив фармацевтического завода довольно большой, и в зале собралось порядка ста человек руководства. Соколов опоздал, но как только вошел и сел за стол, сразу же приковал всё внимание ко мне. Он громко сказал на весь зал: «Даша, перестань меня буравить взглядом!». Я покраснела, смутилась, все уставились на меня. А я ведь всего лишь мельком на него взглянула. Ну какой мне резон сидеть и пристально смотреть на человека, тем более Генерального? А он вдруг взял меня и ни с того, ни с сего вдруг так подставил перед всем коллективом. Надо мне было тогда по-тихому уйти с этого вечера, но природное любопытство победило. Я ждала, что же он выкинет дальше. Буквально через пятнадцать минут он прокричал мне на другой конец стола, чтобы я оставила свою компанию и подошла, села по правую руку от него. Все опять на меня уставились. Но разве тут поспоришь? Я взяла свою сумку и пересела к нему. И тут началось! Такого куража со стороны мужчины я не видела много лет. Он активно стал за мной ухаживать, накладывать салаты и мясо, наливать мне вино – всё своё внимание сосредоточил полностью на мне. С одной стороны, мне хотелось провалиться сквозь землю, но с другой стороны – это было невероятно лестно и приятно. Во-первых, сам Генеральный директор проявляет обо мне такую заботу и все видят это, во-вторых – он же такой умный и весёлый, в-третьих – вообще же, роскошный мужчина – спортивный, подтянутый, широкоплечий, яркие синие глаза, красивое лицо. Ну и что, что всё понарошку? Я же ничего плохого не делаю… Он всё шутил, шутил, я хохотала, вдруг наклонился ко мне и заговорщицким шепотом прошептал: «Смотри, Даша, КАК на тебя все смотрят! Как тебе завидуют сейчас! Я так весь вечер проведу для тебя. Сейчас зазвучит медленный танец и мы пойдём с тобой его танцевать. Я подарю тебе самый прекрасный медленный танец. Я нежно-нежно обниму тебя и прижму к себе…». Я восприняла это как шутку. Даже 2% моего мозга не могли хоть на секунду поверить, что это всё может быть серьёзно. Соколов прикалывается, ну пусть.

По-тихому я вышла в коридор и села в кресло, закурив. Я ничего не понимала, что происходит. В голове был сумбур и какое-то озорное, искрящееся веселье. Зачем, зачем он себя так ведёт? Я не могла понять. Тут в коридоре появился он, и вокруг него сразу образовалась толпа преданных руководителей отделов, смотрящих ему в рот. А он решительно направился ко мне и неожиданно вальяжно уселся слева от меня на подлокотник моего кресла, правую руку положил за мою голову, а ноги перекинул через мои колени. Получилась такая картинка, как будто Генеральный уселся мне на колени. Он закурил и продолжал весело мне что-то рассказывать. Я была в шоке. Вжалась в кресло и не знала, что сказать. К нам подошла Соня. Глаза её пылали негодованием. Я тогда не поняла, почему. Подумала, что, может, она хочет, чтобы я с ней общалась, а я не могу из-за «обезумевшего» Генерального. Соколов ей что-то сказал, что-то завуалированно-оскорбительное и остроумное и она обиженно отошла от нас. Он мне дал понять, что «отшил» очередную женщину. Потом мы пошли с ним танцевать ,и он вдруг очень искренне и как-то по-доброму сказал мне: «Даша, ты вообще сама-то понимаешь, какая ты хорошая? Какой ты хороший, замечательный человек? Какая ты красавица? Да если б ты только знала… Если бы я не бы женат, я бы только к тебе ушел. Ты это понимаешь?». Я шокировано ответила: «Вы знаете, Вы же мне как старший брат. Я в Вас мужчины не вижу. И, вообще, дети – это главное. Вы всегда должны быть со своими детьми». После этого разговора я постаралась как можно быстрее ретироваться. Я ушла за другой стол, ходила курить с другими сотрудниками и всячески пряталась от него. Он же мимолетно оказывался рядом и вдруг неожиданно целовал меня в шею (в этот выступающий позвонок сзади), пока я не вижу, и так же быстро исчезал. Сумасшедший дом. Я и не знала, что думать. Исчез он очень неожиданно. Попросил меня вызвать ему такси, оставил рядом со мной на столе дорогостоящий мобильный и уехал. Как потом выяснилось, к Соне. Я вызвала ему такси и стала его ждать, чтобы отправить перебравшего к жене и отдать его мобильный. А он всё не появлялся. Сотрудники тихо расходились, был уже час ночи. А я всё сидела за столом. Наконец, приехали два такси – одно для меня, второе для него, а его нигде не было. Я пошла обшаривать ресторан. Думала, вдруг он пьяный где-то и ему плохо. Зашла даже в мужской туалет и просмотрела все кабинки – а его нигде нет. И телефон свой забыл. Тут он мне позвонил с другого номера и сказал, что у него всё хорошо и чтобы я завтра, в нерабочий день, привезла его мобильный в офис. Я села в такси и поехала домой.

После этого вечера он стал относиться ко мне ещё более по-дружески, ещё откровеннее шутить. Но в любви больше не признавался. Я успокаивала себя тем, что он был тогда пьяный, но не могла забыть, КАКИМ он может, оказывается, быть.

А потом было 8 марта 2011 года. Мы с коллективом напились в офисе. Причём, как сейчас помню, уже с утра я с начальником отдела качества – большим солидным мужчиной, бывшим подводником, пила водку и запивала её медовухой. Отмечали мы тогда весело и хорошо. Вечером неожиданно в офис нагрянул Соколов и сначала накинулся на нас, но потом, взглянув в мои большие честные глаза, вдруг начал отмечать с нами. Мы толпой перебрались в его кабинет и открыли подаренную ему водку Белугу. Соня в тот день, как назло, заболела и сидела дома. Когда пришло время расходиться, Соколов вдруг решил ехать в ночной клуб и стал уговаривать меня поехать с ним. Я говорила, что надо ехать к детям. Моя бывшая начальница бухгалтерии и начальник отдела снабжения – молодой лихой парень, тоже засобирались в ночной клуб с Соколовым. Кроме нас, ещё было много народу, но все ехали домой. Я сидела на стуле, Соколов встал передо мной на корточки, держал меня своими огромными руками за колени и вкрадчиво, с сияющими глазами, уговаривал меня поехать танцевать. Только чтобы он отстал, я согласилась. Он тут же поволок меня в машину, уселся со мной на заднем сиденье и крепко, по-братански, обнял меня за шею, пригвоздив, таким образом, к месту, чтобы я не сбежала. За рулём джипа был единственный трезвый руководитель отдела. Рядом с ним села главный бухгалтер, а рядом с нами, у правой двери, подпирая Соколова, уселся снабженец. Мы поехали. Когда мы приехали к ночному клубу, Соколов вдруг предложил мне съездить вместе за Соней. Мне это не показалось странным, она ж моя подруга, и я согласилась. Но прежде отправила его разместить ребят в клубе, а сама осталась с водителем. Как только они скрылись из виду, я пулей выскочила из джипа, пробралась через сугробы, вышла на шоссе и моментально поймала машину. И уехала домой к ребёнку, отключив телефон. Я понимала, что ничего хорошего из этих пьяных ночных выходок выйти не может. Соколов вышел из клуба, рассвирепел, сто я сбежала, и уехал к Соне, оставив ребят одних. С Соней они начали жить ещё в январе 2011 в её большой и красивой модной квартире.

На его день рождения в апреле я в шутку купила ему в секс-шопе наручники с мехом и в подробностях рассказывала об этом Соне, хохоча как сумасшедшая. Как это всё жалко и смешно выглядело, она ведь уже жила с ним.

Потом началось лето. В конце мая, отмечая мой День рождения, Соколов признался мне, что живёт с Соней. Мы отметили мой 30-летний юбилей очень хорошо. Он подарил мне шикарную стиральную машинку, я собрала всех своих многочисленных друзей в мексиканском ресторане в центре города. Мы провеселились всю ночь. Но на праздник они – Соколов и Соня пришли уже вместе. И было как-то необычно видеть, как они целуются и ведут себя как пара. Мне нужно было тогда уволиться. Все мои принципы, всё, во что я верила – всё было нарушено. Я продолжала дружить с женщиной, которая разбила чужую семью и скрывала от меня это целых полгода. Я продолжала по-дружески общаться с мужчиной, который строил мне глазки, хотя встречался с моей лучшей подругой. Я была просто отвратительна сама себе. Я завела на работе личные отношения. Но я уже полюбила его всем сердцем, со всеми его ужасными недостатками, пороками. Потому что никто меня не понимал так, как он. И никто со мной не разговаривал так, как он. Мне казалось, что он знает меня всю. Он любил повторять: «Ты утром ещё не вошла ко мне в кабинет, а я уже только по твоим шагам знаю, какое у тебя настроение». На мой день рождения, в ресторане, когда я провожала их с Соней, он вдруг сказал, что забыл свой телефон и оставил её в машине с водителем, вернувшись со мной обратно. Телефон никакой он не забывал, просто хотел ещё выпить со мной. Или просто хотел выпить. Ведь он играл со мной в игры.

И я стала лицемерить. Вдруг поймала себя, что делаю вид, что счастлива за них и показываю им это. Как же это со стороны казалось искусственно! И самое тяжелое, что началось лето, и они вдруг стали меня повсюду с собой звать. Я почему-то решила, что смогу это всё выдержать, ведь я дружила и раньше с парами. Просто никогда не была влюблена в одного из них. К тому же, Соколов везде всё оплачивал, это было очень удобно. И я пользовалась этим. Но вдруг стало происходить то, что, когда мы бывали втроём, то Соня сидела тихой мышкой. А мы с Соколовым шутили и веселились напропалую, подкалывая друг друга. Мы были на одной волне. Если мы оказывались в компании моих подруг, то все замечали, что я кокетничаю с ним, и он поддерживает меня. Я говорила с моими друзьями только о нём, восхищалась им. Я создала себе кумира. Соня повсюду ходила с нами, пасла нас. А про все смешные случаи и шутки, когда мы были с ним вдвоём на работе, я подробно рассказывала ей, ведь она была моей «лучшей подругой». Не начала ли она специально общаться со мной для того, чтобы оказаться поближе к нему? Я не знаю. Она строила из себя ангела. Хрупкую и беззащитную принцессу.

Последней каплей для неё, заколотившей гвозди в мой гроб, стало 8 августа 2011 года. Мы отмечали День рождения моей однокурсницы, сидели втроём в ресторане – только девочки – моя однокурсница, Соня и я. И я была очень довольна, у всех было хорошее настроение. Это я устроила этот День рождения и была собой очень горда. И вдруг неожиданно в этот ресторан приехал Соколов. Я его не звала. Видимо, он у Сони узнал, где мы будем. Он бодро уселся рядом со мной, подарив моей подруге потрясающий огромный букет цветов. Я от удивления опрокинула на нас с ним стакан клюквенного сока. Мы посмеялись. А потом вдруг он положил свою левую руку позади моей головы на спинку нашей скамьи, повернулся всем туловищем ко мне и стал рассказывать мне всю свою жизнь с рождения: как он родился, как учился и где, про свою маму… Девушки напротив нас были забыты. Я не могла оторваться от его лучащихся глаз и слушала все эти интересные истории как завороженная. Я понимала, что никогда не буду с этим мужчиной, что он встречается с моей лучшей подругой, что он, в принципе, нехороший человек, раз бросил жену с тремя детьми (и пусть он ей материально помогает – всё равно, это неправильный поступок), но в тот вечер меня как будто пригвоздили к месту и я впитывала в себя чары его мужского обаяния, как последние лучи уходящего солнца. Это был последний раз, когда мы были так близки. Он буквально пел для меня. Два раза он обронил только для меня, кивая на Соню: «Ты же понимаешь, что всё не так, как это кажется» и «Я с Соней только потому, что ты не хочешь, чтобы я был с тобой». Наверное, это опять были такие жестокие шутки. Во всяком случае, я не могла даже на секунду поверить этим словам. В час ночи нас выставили из ресторана, Соня, возмущённая нашим поведением, пошла вперёд с моей подругой, а мы с Соколовым, упиваясь друг другом, сели прямо на бордюрчик проезжей части проспекта, он прикурил одновременно две сигареты и одну дал мне. Нам было так хорошо! И никакого намёка на секс. Мы просто были одним целым. Он говорил, о чём я думаю, а я хохотала над его шутками. Мы решили, что мы – лучшие друзья и это просто классно! Потом мы догнали девушек.

Соня поступила очень мудро. Она не стал со мной ссориться. Ведь врагов надо держать ещё ближе, чем друзей. Она не стала говорить Соколову про меня гадости. Она ведь ангел, маленькая принцесса и ни про кого никогда не говорила плохо. Но видимо что-то она всё-таки стала говорить. Потому что он вдруг увидел во мне воплощение всего мирового зла. Начались скандалы и крики в офисе. Он стал срываться на мне, обижать меня. А может быть, он таким образом хотел заставить меня разлюбить его – не знаю. Но я каждый день стала горько плакать. Он же знал меня от и до и умел надавить на самые больные места. Это стало невыносимо. И офис вдруг ополчился на меня – стали говорить, что я стукач, всё ему про всех рассказываю. А ведь я до этого полтора года всё про всех рассказывала по-дружески Соне, а потом, видимо, она ему, но через свою призму. Все мои поступки, сумасшедшесть и шутки, которые раньше так восхищали его, стали его невозможно раздражать. Я продержалась ещё год. А потом нашла другую работу.
Странно, но мой уход он воспринял как личное предательство. И я не могу понять, чего же он ждал, постоянно доводя меня и срываясь на мне даже по телефону. Я ушла в конце мая 2012 года.

Я его видела после этого только один раз. В октябре я пошла к ним на корпоратив по случаю дня фармацевта. Ни его, ни Сони там не должно было быть. Они улетали в очередное путешествие. Но он по каким-то причинам (не хочу даже думать, что потому, что узнал, что я пришла) всё отменил и приехал в этот ресторан. Я напилась. И решила поставить точку во всей этой истории. Я села рядом с ним и всё ему рассказала. Призналась, что люблю его. В ответ он посмотрел на меня обезумевшими от злости глазам и сказал, что ненавидит таких людей, как я. Что я лицемерная, лживая тварь. Что таких, как я надо лечить. Сказал, что никто из моих друзей на самом деле меня не любит, что я останусь одна, и даже собственный ребёнок от меня отвернётся. Я всё это выслушала, встала и уехала.

Больше мы никогда не созванивались и не виделись.

Честно, я не знаю, как бы поступила, если бы он вдруг тоже признался в любви мне в ответ. Я не готова впустить снова в свою жизнь мужчину после мужа, заботиться о нём, взять на себя ответственность. К Соколову у меня просто было очень сильное человеческое чувство, подкреплённое взаимным пониманием. Но я любила его. И не проходит ни дня, чтобы я о нём не вспоминала. Не смотря ни на что, он мне подарил чудесные минуты общения. И я очень благодарна ему за это. Но он причинил мне и сильную душевную боль, нанёс раны, которые быстро не заживают. Такой удивительный человек был в моей жизни, который показал мне, какой же феерической дурой я могу быть.
Tags: личное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 13 comments